Уважаемые посетители сайта!

 Представляю на Ваш суд свой новый проект. Интернет-ресурс «80 стрелковая ордена Ленина дивизия» посвящён светлой памяти всех воинов этого прославленного соединения нашей доблестной Красной Армии – ныне здравствующих и павших в ожесточённых боях с белофиннами в период советско-финляндского вооружённого конфликта 1939-1940 гг. Вы спросите, что побудило меня к созданию сайта? Сложно сказать… Наверное, это прежде всего дань уважения моим прадедам − Косик Алексею Семёновичу, 1906 г.р., /80 сд/ и Косик Степану Андреевичу /218 сп 80 сд, погиб в бою 14.02.1940 г. в р-не станции Лейпясуо/, их боевым друзьям-однополчанам и землякам (все воины были призваны из одного села Миньковцы Славутского р-на Каменец-Подольской обл. Украинской ССР) Дейкалюк Афанасию Трофимовичу /218 сп 80 сд, погиб в бою 7.03.1940 г./, Миронюк Максиму Зиньковичу /218 сп 80 сд, погиб в бою 22.02.1940 г./, Косик Роману Михайловичу, 1910 г.р., /77 сп 80 сд, погиб в бою 22.02.1940 г. и захоронен в с.Перкярви (ныне п.Кирпичное Выборгского р-на Ленинградской обл.)/, − а также нескольким сотням тысяч других воинов, прошедших горнило этой страшной, кровопролитной, но в то же время значимой для советского народа войны. "Зимней войны", как её называют финны. Прадед, А. С. Косик, вернувшийся с войны, не любил рассказывать о ней, поэтому в нашей семье не сохранилось ни красочных семейных преданий о подвигах, ни пожелтевших страничек фронтовых писем, − даже фотокарточки военного периода не сохранились. Но где бы я ни читал о советско-финляндской войне: будь то скупые строки, уместившиеся в нескольких абзацах школьного учебника Отечественной истории, или ссылки, которыми пестрит «всемирная паутина», художественно-документальные исследования авторитетных отечественных и финских военных историков, материалы журналистской статей, архивные документальные материалы Российского государственного военного архива (далее – РГВА), − я почему-то всегда вспоминаю своего прадеда, вынесшего на своих солдатских плечах все тяготы «необъявленной войны» (как её с лёгкостью окрестили отечественные военные историки и публицисты) и вернувшегося домой живым и невредимым.

Много лет спустя, сам став военнослужащим Сухопутных войск, я понял, почему прадед обходил стороной беседы о финской. Вдумайтесь хотя бы на минуту, каково это – ворошить прошлое своей военной автобиографии, её боевой период (!) Закрыть глаза и снова оказаться на 40-градусном морозе посреди болот укрепрайона Лейпясуо /Leipäsuo/, где тебя каждую секунду поджидает смертельная опасность: свист пуль и визг артиллерийских и миномётных снарядов, авиа- и артналёты, засады и рейды финских диверсионно-разведывательных лыжных групп, нападения на сторожевые заставы, рукопашные схватки, до которых доходило во время штурма дотов и высот ряда укреплённых районов «линии Маннергейма»… Но и это ещё не всё! Холод. Что может быть страшнее. Наверное, только голод. Хотя и этого в финских лесах было вдоволь. Именно с этими двумя «врагами» Красной Армии и были связаны так называемые санитарные /небоевые/ потери частей и соединений действующей армии на Карельском перешейке. Сотни, если не тысячи обмороженных военнослужащих РККА так и остались в финских лесах в полосе наступления нашей армии. Их находили в различных позах (сидя, лёжа, оперевшись у дерева, сжимающих в руках мёртвой хваткой бесполезную на трескучем морозе «мосинку») наши похоронные команды, сваливали штабелями и захоранивали (часто без составления схем воинских захоронений) в безымянных братских могилах, при этом не забывая отдавать воинские почести ружейными залпами, о чём свидетельствуют найденные в местах неучтённых бывших братских воинских захоронений россыпи винтовочных гильз (!) О голоде, недостатке и несвоевременной доставке тыловой обозно-вещевой службой продовольствия и тёплых вещей частям и соединениям наступающей Красной Армии и говорить не приходится. На голодный желудок много не навоюешь. Наверно, командование считало, что солдат должен был быть сыт, пьян и с носом в табаке только на отдыхе, которого за весь период 105-дневной кампании многие красноармейцы и офицеры так и не увидели. Эта ирония сыграла с нашей армией злую шутку. Надо сказать, был ещё и третий «враг» Красной Армии. Окопные вши (!) И это несмотря на 30 – 40-градусные морозы! Личного времени на идейную и самостоятельную борьбу с этим «врагом», к большому сожалению, у пехотного «ваньки» практически не оставалось. Кстати, справедливости ради отмечу, что командующий войсками Северо-Западного фронта командарм 1-го ранга Тимошенко в приказе по Санитарному управлению за № 0035 от «23» января 1940 г. давал обстоятельные указания касательно санитарно-профилактического обеспечения войск фронта. К тексту этого любопытного документа, который мне удалось разыскать среди множества других архивных документальных материалов 80 сд в РГВА, мы ещё с Вами вернёмся. Бани топить и прожаривать казенное обмундирование некогда – впереди враг ещё коварнее. Одному Господу Богу известно, сколько он ещё крови выпьет, прежде чем полковой штурмовой группой будет взят очередной финский дот «линии Маннергейма»…

Итак, мой прадед вернулся с войны живым и здоровым. Относительно здоровым. Почему относительно? Дело в том, что боевые действия связаны с повышенными источниками опасности для жизни человека. Страх – это самая сильная эмоция для человека, оказывающая порой необратимые и непредсказуемые последствия на физиологические и психоэмоциональные процессы жизнедеятельности его организма. Попросту говоря, война ни для кого не проходит бесследно, оставляя в душе ноющие незаживаемые шрамы. В таких случаях даже время не лечит – оно здесь бессильно. Боль эта не проходит никогда, время от времени напоминая о себе тупыми ноющими отголосками в сердце. Боль о безвозвратных потерях боевых товарищей-земляков, боль от преследующих в мирной жизни воспоминаний ужасов боевых эпизодов войны, наконец, просто боль. Мне вспоминается старая армейская песня воинов-интернационалистов Е. Ковтуна и Е. Сергеева «Безвозвратные потери», которая родилась в Афганистане и была записана на обычную магнитофонную ленту. Процитирую текст этой песни:

 

Безвозвратные потери – слово, режущее слух,

Будто птицы улетели, толь на север, толь на юг...

На востоке солнце всходит, а на западе – туман,

Безвозвратные потери – непрошедший караван...

 

Безвозвратные потери – стая певчих русских птиц,

Пели песни и летели, в жизни – только подвиг лиц...

На востоке солнце всходит, а на западе – туман,

Безвозвратные потери – непрошедший караван...

 

А удача отвернулась, еле слышен птичий глас,

Безвозвратные потери, только вас нашёл указ...

На востоке солнце всходит, а на западе – туман,

Безвозвратные потери – непрошедший караван...

 

Безвозвратные потери – это скупость слёз мужских,

Безвозвратные потери – это шашкой по любви...

На востоке солнце всходит, а на западе – туман,

Безвозвратные потери – непрошедший караван...

 

Безвозвратные потери – слово, режущее слух,

Будто птицы улетели, толь на север, толь на юг...

На востоке солнце всходит, а на западе – туман,

Безвозвратные потери – непрошедший караван...

Непрошедший караван, непрошедший караван, непрошедший караван…

 

Этими строками всё сказано…

Память о павших /без вести пропавших/ в период «необъявленной войны» воинов – вот, пожалуй, вторая причина, заставившая меня взяться за перо. Каждый год в районе болот Лейпясуо проходят Вахты Памяти с участием поисковых формирований Выборгского р-на Ленинградской обл. и других регионов нашей страны. В Вахтах Памяти участвуют не только поисковики, но и все желающие, неравнодушные к судьбам советских воинов. Поисковики поднимают останки наших, а нередко и финских воинов (хотя по прошествии более 70 лет национальная принадлежность воинов уже не имеет значение), идёт кропотливая работа по идентификации их личности по именным /подписным/ вещам, найденным при военнослужащих, затем – самый трогательный и главный момент, ради которого и проходят поисковые памятные мероприятия: перезахоронение с воинскими почестями останков поднятых воинов на братских воинских захоронениях в посёлках Лейпясуо и Каменка (7 км восточнее урочища Меркки, координаты для GPS: N 60° 30' 59.897'' E 29° 7' 13.044''). На территории бывшего финского хутора Меркки (координаты для GPS: 60° 31' 18,6''N 29° 07' 52''E) силами поисковиков и местной администрации ежегодно перезахораниваются останки воинов, поднятые в радиусе 5-7 км от урочища Меркки. Как сказал в своё время генералиссимус А. В. Суворов, «Война не закончена, пока не похоронен последний погибший солдат». Надо сказать, солдат, вернее их незахороненных /неперезахороненных/ останков в лесах и болотах Выборгского района предостаточно. В этой связи мой сайт призван помочь  «вернуться» с войны её сыновьям. И Вы можете принять в этом самое непосредственное участие, изучив боевой путь разыскиваемого погибшего /пропавшего без вести, умершего от ран или в период пребывания в плену/ военнослужащего по архивным документальным материалам РГВА, а также статьям и другим источникам, которые периодически публикуются на сайте «80 стрелковая ордена Ленина дивизия». Здесь стоит оговориться. Работа по розыску не вернувшегося с советско-финляндской войны военнослужащего – дело непростое и требует к себе предельного напряжения и пристального внимания. Дело в том, что на постоянном хранении в РГВА отсутствует тот персональный учёт безвозвратных потерь военнослужащих Красной Армии за период советско-финляндской войны 1939-1940 гг., который мы привыкли видеть, скажем, на сайте электронного банка документов «ОБД-МЕМОРИАЛ», размещённом в открытом доступе в сети Интернет по адресу: «www.obd-memorial.ru». Да, в фондах РГВА есть именная картотека учёта безвозвратных потерь военнослужащих Красной Армии за период советско-финляндской войны 1939-1940 гг., но нет ИМЕННЫХ СПИСКОВ, а они существуют. По крайней мере, о них упоминается в ряде официальных источников РГВА. То есть не всегда удаётся отследить судьбу конкретно взятого военнослужащего (особенно рядового и младшего командного состава) по именной учётной картотеке, даже зная воинскую часть, в которой воин проходил службу, – для этого необходимо поднимать архивные документы части /соединения/, но и там редко где можно встретить именные списки погибших /без вести пропавших, умерших от ран/ военнослужащих. С чем это связано? Дело в том, что персональные /именные/ списки потерь были представлены частями и соединениями после окончания боевых действий в штаб Ленинградского Военного Округа (далее – ЛВО). Тот, в свою очередь, направил их в Генеральный Штаб РККА. Всё это позволяет предположить, что именные списки находятся на секретном хранении, соответственно и доступа к ним без специального разрешения на сегодняшний день нет. Наше государство умеет хранить секреты. Только вот от кого (?) Но и это ещё не всё. Летом 1940 года была создана комиссия для захоронения /перезахоронения/ погибших в период советско-финляндского вооружённого конфликта воинов. Поиском останков воинов занимались воинские части РККА, находившиеся на занятой территории. Многие индивидуальные и братские воинские захоронения были перенесены на новые места, то есть по сути происходило укрупнение воинских захоронений. (Фактически аналогичную работу выполняют современные поисковые формирования в тесном взаимодействии с территориальными органами военных комиссариатов с той лишь разницей, что цель здесь – найти незахороненные /неперезахороненные/ останки советских солдат, в том числе числящиеся по архивным документам и заявлениям родственников пропавшими без вести, установить их имена и перезахоронить их с воинскими почестями, увековечив память воинов.) По окончании работ были составлены карты-схемы расположения братских воинских захоронений, к которым были приложены фотографии. Данные материалы были направлены в штаб ЛВО. Естественно, труднодоступные районы как в плане естественных природных препятствий (сильно заболоченная местность, поймы рек, другие участки местности), так и в плане военных объектов (сильно разрушенные взрывами при штурме фортификационные сооружения УРов «линии Маннергейма», искуственно сооружённые завалы и каменные валуны, сеть засечных позиций и т.д.) военнослужащими – воинскими похоронными командами, участвующими в поиске и перезахоронении останков воинов детально обследованы не были. По-видимому, командование частей считало, что поскольку разрушенные финские коммуникации были достаточно обследованы военными комиссиями в постштурмовой период, то соответственно и не требуют к себе столь пристанного внимания. Всё это стало причинами и следствием того, что поисковым формированиям, занимающимся детальным обследованием местности и сохранившихся военных объектов на местах бывших боёв на предмет обнаружения останков воинов, очень трудно работать. Не хватает информации о судьбах воинов, а значит установить их имена – редкая и большая удача. Как бы то ни было, искать виноватых и виновных сейчас бессмысленно. К тому же, история не терпит сослагательного наклонения. Ведь Красная Армия в соответствии с новой военной доктриной готовилась к войне, или, выражаясь терминологией современных политологов, вооружённым конфликтам малой интенсивности «малой кровью и на чужой территории» − территории, которая вот уже на протяжении более 70 лет нам совсем не чужая. Вспомним ещё раз слова известной песни А. Д 'Актиля (Френкель), как нельзя лучше отвечающей приметам времени и духу жизни советского народа накануне советско-финляндской войны: «…Принимай нас, Суоми – красавица, В ожерелье прозрачных озёр!» Это ли не государственная идеология, атмосферой которой была пропитана вся советская культура того времени (?) А ведь эта песня была написана в августе 1939 года – за 3 месяца до начала трагических событий на Карельском перешейке…

Итак, мой сайт призван помочь Вам в поиске места захоронения /перезахоронения/ родных и близких Вам людей, которых забрала война. «необъявленная война». Именно поэтому я решил подключить к поиску павших воинов действующих участников поисковых формирований – поискового отряда «Звезда» и поисковой группы Юрия Германовича Сакса «Безымянная», занимающейся поиском солдат около 20 лет (с 1995 года). Данные участники поискового движения работают на добровольной основе на местах бывших боёв, в том числе в районе заболоченных участков местности в округе посёлка Лейпясуо, где в феврале 1940 года проходили ожесточённые, кровопролитные боевые действия противоборствующих сторон. Участники тех событий – личный состав 80 стрелковой ордена Ленина дивизии, а также другие части и соединения 19 стрелкового корпуса 7 армии Северо-Западного фронта. В разделе сайта «Поисковые формирования Выборгского р-на Ленинградской обл., работающие на местах бывших боёв 80 сд» участники поискового движения периодически будут публиковать сведения об установленных именах поднятых останков воинов 80 стр. дивизии, а также другую полезную информацию с целью поиска родных и близких воинов. Быть может, новое установленное имя солдата сделает Вас сильнее, научит ждать, верить, надеяться всем смертям назло. Удачи Вам и мирного неба! Помните: война не закончена, пока не похоронен с воинскими почестями последний павший солдат…

 

                             С уважением к памяти павших воинов «неизвестной войны»,

                             администрация сайта «80 стрелковая ордена Ленина дивизия»

 

Музыка Даниил и Дмитрий Покрасс
Слова Анатолий Д'Актиль (Френкель)

 

Сосняком по откосам кудрявится
Пограничный скупой кругозор.
Принимай нас, Суоми - красавица,
В ожерелье прозрачных озер!

Ломят танки широкие просеки,
Самолеты кружат в облаках,
Невысокое солнышко осени
Зажигает огни на штыках.

Мы привыкли брататься с победами
И опять мы проносим в бою
По дорогам, исхоженным дедами,
Краснозвездную славу свою.

Много лжи в эти годы наверчено,
Чтоб запутать финляндский народ.
Раскрывай же теперь нам доверчиво
Половинки широких ворот!

Ни шутам, ни писакам юродивым
Больше ваших сердец не смутить.
Отнимали не раз вашу родину -
Мы пришли вам ее возвратить.

Мы приходим помочь вам расправиться,
Расплатиться с лихвой за позор.
Принимай нас, Суоми - красавица,
В ожерелье прозрачных озер!

 

август 1939 года

 

Две строчки

 

Из записной потёртой книжки
Две строчки о бойце-парнишке,
Что был в сороковом году
Убит в Финляндии на льду.

Лежало как-то неумело
По-детски маленькое тело.
Шинель ко льду мороз прижал,
Далёко шапка отлетела,
Казалось, мальчик не лежал,
А всё ещё бегом бежал,
Да лёд за полу придержал…

Среди большой войны жестокой,
С чего — ума не приложу, —
Мне жалко той судьбы далёкой,
Как будто мёртвый, одинокий,
Как будто это я лежу,
Примёрзший, маленький, убитый
На той войне незнаменитой,
Забытый, маленький, лежу.

 

 

А. Твардовский, 1943 г.